← "Russian techies" in London

Образование как культура

Что объединяет таких разных представителей профессиональной сферы информационных технологий и академической области компьютерных наук? Основу составляет, в первую очередь, образовательный бэкграунд, формирующий набор культурных кодов, разделяемого опыта, символических смыслов, которые особенно актуализируются в ситуации миграции. Система образования, через которую прошло подавляющее число информантов, формировалась в советское время, должна была быть построена таким образом, чтобы решать сразу много задач и учитывать сложности, связанные с масштабами страны и социальной дифференциацией. Если представить в вопросов задачи, которые решала советская система образования, складывается более или менее полная картина особенностей инженерной школы, культивируемой информантами.

Как обучить всех

Первый вопрос – как обеспечить повсеместное образование, как обучить всех, или точнее – как вызывать желание учиться у как можно большего количества детей. Решение этой задачи стало возможно благодаря доступности разнообразных кружков и клубов. Практический в каждом районе крупного города и почти в каждом небольшом городе у школьников и дошкольников была возможность посещать разного рода занятия. Это могли быть шахматы, шашки, моделирование, радиотехника, театр и т.п. Занятия были бесплатными и свободными, часто под эгидой дворцов пионеров или домов детского и юношеского творчества, а также школ. Таким образом, культивировалась творческая деятельность детей, и для этого был предоставлен достаточно широкий спектр материальных возможностей.

В детстве я ходил во всякие инженерные кружки - судомодельные, авиамодельные… я называю это инженерная история. <…> Это в Доме Пионеров [было]. (M, 37, программист)

Городские и районные кружки и клубы – институционализированные или инициативные – стали неотъемлемой частью инженерного воспитания, и возникают в рассказах практически всех информантов. Предполагалось, что такая практика по умолчанию хороша и полезна, не вызывали сомнений области применения полученных знаний и навыков. Формирование культуры образования и практики было плотно связано с тем, как к процессу относились и преподаватели, большинство из которых были учителями, инженерами или любителями. Учителя также вели занятия в рамках внеклассной деятельности в школах, и особенно сильными среди них считались кружки при специальных математических школах или физико-математических лицеях, которые были феноменами сами по себе.

Было очень тяжело, потому что у нас на курсе учились выпускники специализированных школ, типа пятьдесят седьмой, и они были настолько сильнее, что ученикам из обычных школ было жутко тяжело, чисто технически первые два курса. (M, 41, ученый в области компьютерных наук)

Специальные школы, гимназии и лицеи – математические, физико-математические – были и остаются самыми популярными, с высоким уровнем отбора, и сильной подготовкой на выходе. Они сильны, в том числе, и тем, как формируют вокруг себя сообщества, как воспитывают принадлежность к своего рода элитной группе учеников/выпускников/преподавателей. Такие школы соревнуются между собой за статус и значимость. Альма-матер в итоге играет огромную роль не только в становлении и профессионализации специалистов в области физико-математических наук и профессиональной деятельности, но и в качестве базового (и по умолчанию – очень высокого уровня) культурного бэкграунда, который оказывается разделяемым (воображаемым) сообществом, представители которого теперь особенно часто встречаются среди специалистов в области информационных технологий. Быть выпускником одной из таких школ – значит, иметь определенный («несгораемый») символический капитал, который распознается в профессиональной среде не только в России, но и за рубежом в русскоязычной среде (и далее может быть транслирован за пределы только русскоязычной группы в профессиональном сообществе). Во многих случаях эта символическая значимость капитализируется в других странах, когда, например, создаются математические школы (случай Бостона) или кружки по программированию (в Лондоне).

Как собирать таланты

Условная иерархия или уровень «элитарности» измерялся и проверялся путем соревнований или олимпиад, в частности, по физике, математике, программированию. Вторая задача, которую решала советская система образования, была связана с вопросом о том, как собирать таланты, чтобы продолжать их развивать и поощрять.

Сходил на олимпиаду, порешал задачи… Дошёл до региональной или какой-то. Но в соседней школе был парень, который дошёл до России, и, соответственно, на определённом уровне, когда мы с ним пересекались, то он вышибал всех, меня и всех остальных. Там был такой очень талантливый молодой человек, шансов его обойти у меня не было. (M, 32, ученый в области компьютерных наук)

Соревновательный элемент, который сравнивали также со спортом, должен был способствовать не только подогреванию интереса к математической и/или инженерной деятельности, но и подключению к этой «игре» всё более широкой аудитории - детей, для которых подобные занятия были физически недостижимы. Одним из способов преодолеть этот разрыв, стало распространение технической литературы, журналов научного и научно-популярного характера, в том числе – для детей.

Мне парнишка один там какой-то, у него вообще история фантастическая. Папа у него джазовым музыкантом, учителем работал в каком-то селе Кубанском. Ну то есть, вообще все другое, да. И вот папа чего-то решил, купил сыну подписку на журнал «Квант», потому что ему сказали, что хороший журнал. А он взял и решил там какую-то там задачку. Или какой-то конкурс решил, и ему пришло из Колмогорского лицея в Москву: приезжай к нам учиться, в интернат. И он приехал. (M, 35, программист)

Книжные магазины технической литературы, научно-популярные журналы (и фильмы), творческие мастерские и прикладные занятия, конкурсные задания и олимпиадные движения – всё это составляло значимую часть жизни тех, кто сейчас работает в области информационных технологий и компьютерных наук. Это была видимая инфраструктура поддержки коммуникации и обмена, трансфера знаний и технологий, и главное – реальных материальных действий и результатов, которые встраивались в иерархию и структуру (пост-)советской инженерной культуры. Однако вовлеченность в эту культуру должна была поддерживаться и оставаться актуальной для разных возрастов и участников процесса.

Как сохранить интерес

После школьной активности следовала студенческая, где уровень «серьёзности» происходящего существенно менялся. Важным было сохранение научного сообщества и привлечения молодых кадров для воспроизводства академического сообщества. Как заинтересовать молодежь – в этом состояла еще одна задача образовательной системы, и успешно ее решали научные школы. Научные школы в области физики и математики активно работали со студентами и интересующимися, часто проводили мероприятия (семинары, выездные школы), причем некоторые руководители предпочитали устраивать их в разных местах. Мобильность была необходима, чтобы вовлекать регионы и охватывать более широкий круг участников. Такая постоянная институциональная и интеллектуальная поддержка деятельности и интереса обеспечивала приток кадров и передачу знаний и традиций – как образовательных, так и культурных.

У нас очень хорошая математика, у нас очень много ребят, которые квантами работают и в банках, программистами классными, то есть у нас хорошая математическая подготовка, это чувствуется, то есть та самая инженерная основа. (M, 37, программист)

Комплексность инженерного образования поддерживалась не только и не столько наличием и активной деятельностью научных школ, сколько тесными связями научно-исследовательских учреждений с индустриальным и научным производством, активно поддерживаемыми государством. Система распределения выпускников высших и профессиональных образовательных институтов обеспечивала приток квалифицированных кадров и была гарантией получения рабочего места по специальности.

Было распределение, была государственная комиссия… У меня было два предложения: одно в какой-то ящик… Такой термин знаете? Нет? Ну, это что-нибудь секретное, КГБ, или как-то с обороной связанное, а другое – Институт прикладной математики. Я туда и пошёл. (M, 58, ученый в области компьютерных наук)

В результате, инженерная и техническая сфера профессиональной деятельности – в академическом или промышленном плане – выглядела самодостаточной и способной к самовоспроизводству. Интерес поддерживался в процессе воспитания и образования детей, продолжался далее в школьной и студенческой жизни, а потом логично находил себе профессиональное применение. Это было возможным благодаря наличию выбора и материальным и институциональным возможностям реализации персонального интереса, который становился частью группового или общественного. Поддерживалась инженерная культура, которая предполагала определенный уровень ответственности и даже какой-то преданности.