"Русские технари" в Лондоне

За последние пару десятилетий многие специалисты в области информационных технологий (ИТ) из постсоветских стран приняли решение строить свою карьеру за рубежом. Программисты и разработчики, инженеры и компьютерные ученые предпочли выбирать в пользу крупнейших и хорошо известных мировых компаний. Этот процесс профессиональной миграции, начатый в 1990-х, сначала затрагивал Израиль, США и Германию. Но уже в 2000-х годах в качестве принимающей стороны активно включилась Великобритания: финансовый рынок Лондона и иммиграционная политика Highly Skilled Migrant Programme (2002-2011) стали особенно привлекательными для профессионалов в области компьютерных наук и ИТ. Приток ИТ специалистов из России, Украины, Беларуси привел к формированию сообществ, основанных не только на языке, но и на профессиональных интересах. К началу 2010-х годов в Лондоне сформировалось большое гетерогенное сообщество русскоязычных специалистов, поскольку профильное образование и специализированное знание английского языка обеспечили сравнительно легкий доступ к глобальному профессиональному сообществу ИТ. В то же время, довольно быстро возникли группы высококвалифицированных мигрантов из постсоветских стран, которые стали известны как «русская мафия» или «русские ланчи». Ядром таких сообществ оказались специалисты, работающие на временных контрактах, как правило, в банковской среде. 

Кейс русскоязычных специалистов в Лондоне становится особенно значимым и по другой причине. Хотя ИТ рынок и сообщество производят каналы для миграции и инфраструктуру для обмена идеями и вещами, путешествующими поверх границ, здесь возникает основное противоречие. С одной стороны, специальность в ИТ означает возможность свободно передвигаться и не быть привязанными к конкретной компании или месту – то есть высокий потенциал мобильности, «встроенный» в этот род деятельности. С другой стороны, в действительности мобильность «заканчивается» там, где формируются удовлетворительные условия труда и жизни и плотные сообщества взаимной поддержки. 

Для тех, кто оказывается в ситуации миграции, использование профессиональных возможностей и планирование мобильности или стабильности зависит от «травматичности» опыта. Идея, которая лежит в основании миграционного проекта уезжающих в Лондон, состоит в том, что предыдущий опыт в России влияет на последующую жизненную стратегию. Например, ученые в области компьютерных наук, которые решили эмигрировать из России в 1990-х, мечтали о «светлом будущем»; они переезжали с целью получить гражданство другой страны и обрести стабильную жизнь. В результате они редко приезжают в Россию и тем более не планируют возвращаться. Альтернативная история более типична для более недавних высококвалифицированных мигрантов: поскольку они легко проходят по требованиям иммиграционных политик разных стран, решения относительно мобильности принимаются в контексте поиска работы на глобальном рынке и их стратегия состоит в отсутствии долгосрочных планов.

Таким образом реализуется два крайних сценария: с одной стороны, «демонизация» эмиграционной истории приводит к долгосрочному планированию и стабильности; с другой стороны, нетравматичный опыт использования «встроенной» в профессиональную карьеру мобильности оставляет открытыми возможности дальнейших передвижений.